Как было прекращено уголовное преследование по ч.4 ст.159 УК РФ

Сегодня совместно с подзащитным получили Постановление о прекращении уголовного преследования в рамках уголовного дела, возбужденного по двум эпизодам ч.4 ст. 159 УК РФ.

Потребовалось два с половиной года, чтобы доказать абсурдность и несостоятельность претензий. Очевидность отсутствия почвы для возбуждения уголовного преследования в отношении подзащитного была видна на самом первом допросе. Самым основным козырем следствия были якобы обманутые дольщики.

Но так работает наше следствие. За время следствия чего только не было. Надо сказать, что начинал преследование один следователь, а заканчивал четвертый. Третий по счету следователь за время общения со мной и подзащитным даже стал разбираться в строительстве. Было задержание в порядке ст. 91 УПК РФ с водворением в ИВС с последующим неудачным для следствия избранием меры, десятки ходатайств, несколько экспертиз, очные ставки, заявления на допросе о совершении корыстного преступления одним из потерпевших. Частично об отдельных процессуальных эпизодах были мои публикации заставить следователя провести повторную экспертизу, осмотр как основание для повторной экспертизы_-. Это были локальные успехи. Они были необходимы для достижения результата.

К основному делу добавили еще одно дополнительное по ч.4 ст. 159 УК РФ в рамках которого пытались обвинить в попытке незаконного установления требования кредитора в рамках процедуры банкротства.

Каких только гипотез о механизме похищения по основному эпизоду я не услышал за эти года. От банального – деньги перечислил якобы за стройку генподрядчику, который их обналичил и возвратил не производя работы, до банально присвоил деньги дольщиков, которые были получены наличными или векселями. Даже микрозахарченко фигурировал.

В конце концов удалось с помощью многочисленных допросов подозреваемого, свидетельских показаний, приобщенных документов, очных ставок заставить следствие думать и расследовать.

Фабула по основному эпизоду заключалась в том, что предприятие доверителя было признано банкротом, а дольщики не получили по 30 договорам долевого участия квартиры. Впоследствии, в последние 2-3 месяца, фабула сузилась до присвоения денег по четырем из тридцати договоров, поскольку по ним судом отказано во включении требований в реестр требований кредиторов, имеющих право на получение квартир.

Огромное количество следственных действий, проведенных по моей инициативе, показало, что никто ничего не похищал. Объем выполненного строительства гораздо превышает совокупную сумму, полученную от дольщиков и банка в качестве кредитных средств. А в том, что требования не были включены в реестр кредиторов, имеющих право на получение квартир, дольщики в общем то сами виноваты. Этому способствовало их неразумное поведение, благодаря которому они стали лишь кредитором на получение денежных средств в третьей очереди.

По дополнительному эпизоду, связанному со включением требований в реестр кредиторов больших усилий не потребовалось. То ли опера, готовившие ложного свидетеля, плохо тему знают, то ли для следователя стало не интересным, судить сложно. Фактом остается, что подозрения в этой части рассыпались на месте.

В дальнейшем я подготовлю несколько публикаций, посвященных наиболее интересным моментам, итоговым документам и анализу выдвигавшихся подозрений. А пока… наверное порадуйтесь за меня.